c3ec9c9d

Жмудь Вадим Аркадьевич - По Мотивам Песни Песней



Жмудь Вадим Аркадьевич
ПО МОТИВАМ ПЕСНИ ПЕСНЕЙ
Царь ввел меня в чертоги свои. Он хотел, чтобы я ввела сестру свою. Рыжая
она - в мать, а не в отца, ибо отец у нас один - Сулам, знатный человек при
дворе царя Соломона. Что же ты, царь не смотришь на будущую жену свою, что ты
впился взглядом в меня - сестру жены твоей перед богом? Черна я, кожа моя
смугла. Воспитывала для тебя, о, царь, я сестру свою. Цветет она, как
виноград, желанна для всякого мужчины, хотя и юна годами и не созрела ещё для
любви - сосцы её не видны, и хрупки и тонки её ручки, и личико бело, а власы -
чистый пурпур. В мать она пошла, не в отца, ибо отец у нас один. Сыновья
матери моей поставили меня охранять её ото всякого - разгневаны они на меня,
что своего собственного виноградника я не уберегла. Любил меня пастушок, о
царь, такою любовью, что не смогла я устоять и пустила его в сады мои. Другие
кричали, что зелен мой виноград, и никто на него не позарится, а я отвечала им
- не про вас мой сад, а вы - лисы в винограднике, что не дадено вам, то
проклято вами. Он один, о царь, он, кто среди других юношей подобен яблоне
среди лесных деревьев - он только и полюбил меня, когда все смеялись. А когда
и я его полюбила, не смогла я устоять, о царь, и раскрыла для него виноградник
свой, и он, словно коварный лис проник в меня, а руки его - как лисенята, меня
всю обшарили и обыскали, и нет зла у меня на него, о царь. Что же ты не
смотришь на невесту свою, тебе уготованную, о царь, к чему ты простираешь руки
свои ко мне - я не чиста, кожа моя смугла, о царь, не смущай мой покой. Шесть
десятков цариц у тебя, о царь, восемь десятков рабынь, и без числа наложниц -
новая, царь, уготована тебе невеста - сестра моя златокудрая, к чему ты
смущаешь покой мой взглядами из-под смоляных бровей? Среди гарема твоего ты
как среди лилий, ты пастух своим овцам, мало ли тебе их? К чему, о царь,
даришь ты мне подвески золотые, с серебренными блестками, не лучше ль их
подарить сестре моей, невесте твоей, о царь, как твое тело, умащенное мастями,
ароматно и желанно, так же как имя твое смущает душу, так тело твое смущает
мою плоть, позволь мне уйти, о царь.
Милый мой, ты подобен молодому оленю, или самцу серны, скачущему по горам,
где искать мне тебя, ибо решилась я уйти из дома сыновей матери моей. Идти ли
мне по следу коз твоих, найду ли я тебя, или товарищи твои встретят меня и
посмеются надо мной?
Царь подарил мне подвески золотые - спрячу их в одежду свою от глаз
подальше, ты подарил мне букетик мирры - спрячу на сердце своем между грудями,
ближе этого букетика нет у меня ничего. Царь разгневан на тебя, милый, за то,
что первым ты тронул меня, беги же, олень мой, беги по горам, по долам, чтоб
не догнали тебя. Царь кричал - ловите лис и лисенят, что таскают плоды из
моего виноградника - и несите ко мне! Беги же скорей, о любимый, приду к тебе
вечером и трава нам будет постелью, кипарисы - стенами в доме нашем, а небо
голубое и сосны - крышей.
Не будите её, она спит, левая рука под её головой, правою я обнимаю её
стан. Она спит, а сердце её не дремлет. Ей снится, что со мной она, а царь
пришел требовать её к себе. Он кричит, отвори, любимая, я пришел, чтобы тебя
любить - как же я отворю, говорит она, ноги мои я помыла и пачкать не смею,
хитон мой я сняла и не могу выйти к тебе. Царь взбешен - если не пустишь меня,
я велю казнить милого твоего, и велит ломать двери стражникам, нет, царь,
бегу, не ломай двери, не ходи сюда, я сама к тебе выйду - вск



Назад