c3ec9c9d

Житинский Александр - Седьмое Измерение



Александр Житинский
Седьмое измерение
* Рассказы, новеллы
* Фантастические миниатюры
Рассказы, новеллы
Опасения
Пора снегопада
Подарок
Желтые лошади
Брат и сестра
Языковой барьер
Гейша
Балерина
Тикли
Урок мужества
Эйфелева башня
Каменное лицо
Стрелочник
* * *
Опасения
Он стал замечать, что боится лепных карнизов. Иногда, читая газету,
наклеенную на доске, он резко вскидывал голову, ожидая увидеть перед
глазами падающий сверху кусок штукатурки. Этот кусок представлялся гряз-
ным, с бурыми пятнами дождя. Если вовремя не поднять головы, он ударит в
темя. От предчувствия удара голова становилась легкой, как орех, готовый
расколоться.
Обычно это продолжалось мгновенье, потом он отходил к краю тротуара,
не переставая опасливо поглядывать на балконы. Казалось, они ждали при-
каза, чтобы неотвратимо и бесшумно ринуться вниз.
Сердце несколько раз пугливо толкало его изнутри, но все становилось
на место, когда он вспоминал о двутавровых балках, вмурованных в площад-
ки балконов.
Конструкция обретала прочность.
Многое в этом мире висело на волоске и было опасным до тех пор, пока
он не ставил мысленных подпорок или не изобретал способа уберечься от
беды. Он будто непрерывно играл с Господом Богом в некую игру: его парт-
нер придумывал, как физически от него избавиться, а он предугадывал эти
попытки и старался их избегать.
Иногда ночью с ним происходили странные вещи. Он называл это "рельеф-
ностью". Когда она наступала, звуки становились выпуклыми и твердыми. Их
можно было потрогать, поменять местами, они существовали отдельно от ис-
точника. Тиканье часов напоминало сухой треск спичечного коробка. Звон-
кие мысли летали кругами и были горячи на ощупь. Руки и ноги отделялись
от тела и находились где-то далеко, как в перевернутом бинокле. Самое
любопытное заключалось в том, что руками и ногами можно было шевелить,
однако такое управление осуществлялось сознательно и разделялось на при-
каз и исполнение.
"Рельефность" отступала внезапно, как и приходила. Мысли и звуки ра-
зом смешивались в обычный ровный фон, а тиканья часов снова не было
слышно. Несомненно, эти удивительные состояния между сном и бодрствова-
нием были каким-то образом связаны с постоянными опасениями за хрупкую
жизнь.
Размышляя над своими страхами, он приходил к выводу, что боится чуж-
дой кинетической энергии. Наиболее концентрированными ее проявлениями
были камень и пуля. Проходя по двору мимо мальчишек, он втягивал голову
в плечи и поднимал воротник, ожидая пущенного в спину камня.
Но еще страшнее было ожидание пули. Без всяких расчетов было понятно,
что камень, брошенный мальчишкой, серьезного вреда причинить не сможет.
Но пуля - другое дело. Масса у нее крошечная, точно у мухи, но летит она
торопясь и энергия у нее огромная. Во всем был виноват квадрат скорости
в формуле кинетической энергии. Его он ощущал затылком, пуще всего боясь
выстрела сзади.
Это случалось не часто, но, когда страх все же приходил, положение
становилось безвыходным. Метаться из стороны в сторону, пытаясь избежать
пули, было еще опаснее. Пуля могла лететь мимо,- бросившись в сторону,
легко угодить под нее. Самое верное - быстрее зайти за угол. Там страх
сразу исчезал и казался смешным.
Где-то он слышал историю, как стреляли из окна по случайному прохоже-
му. Кажется, на спор. На окна, в особенности темные или укрытые де-
ревьями, он смотрел с ненавистью. Случай пугал его не меньше, чем энер-
гия.
Выходило, что боялся он не смерти, а слу



Назад