c3ec9c9d

Жиганец Фима - Тюремные Байки



Фима Жиганец
Тюремные байки
ГОНКИ ТЫСЯЧА И ОДНОЙ НОЧИ
ЕНОТУ БЫЛО СКУЧНО. В отрядной каптерке, приспособленной под
персональные апартаменты, Енот задумчиво лежал на аккуратно заправленной
постели, жевал тульский пряник с повидлом и слушал трансляцию "Русского
радио".
Мой знакомый маньяк
Принимает "Маяк"
И мешает принять мне мышьяк, -
тоскливым гнусным голоском сообщил по радио неведомый певец. Енот
присел на постели, скрестил ноги в позе турецкого паши и произнес:
- М-даа...
Гнусавый певец тут же заткнулся: Жора Лещ вырубил транзистор. Жора уже
почти два года крутился с Енотом и улавливал его желания с полуслова.
- Вот откинусь на волю, разыщу этого додика, и никакой маньяк мне не
помешает, - мечтательно протянул паша. - Хуль парнишка мучается? Да у него
этот мышьяк полезет из ушей и из жопы...
Енот - человек серьезный. Старый бродяга, пятый год держит "зону", и за
это время к нему как к "положенцу" не было никаких вопросов ни от воров, ни
от мусоров. Но вот взгрустнулось старому жигану. Башню налево повело. А тут
еще эти джуки-пуки1.
- Чего мучаешься, Михал Палыч? - вопрошает Лещ, впервые не угадывая
желаний хозяина. - Может, надо чего?
- Елду на меду! Гонка накатила, Жоржик. Грусть-тоска, печаль-кручина...
- По дому, что ли?
- По какому, на хрен, дому? У меня за всю жизнь два дома было - детский
и казенный. Бродяга без никому. Даже фамилия соответственная - Бездомный.
- Да, Палыч, от фамилии, между прочим, иногда вся жизнь зависит, -
подхватывает Лещ. - Вот у нас на зоне в Ленинск-Кузнецком азербайджанец один
чалился, Шахер-заде. Вот и скажи: как его с такой фамилией можно было не
отпедерастить?
- Шахер-заде, Шахер-заде... - задумчиво повторяет "положенец". - Где-то
я ее уже слышал...
- Ну, мало ли где; может, и ты его когда ткнул на пересылке...
- Я свой хрен не на помойке подобрал, - недовольно отрезает Енот.
И вдруг хлопает себя по лбу:
- Молоток, Лещ! Песенку помнишь - "Ты моя Шахерезада, сказка тысячи
ночей"?
- О, блядь, про этого педика уже и песню сочинили! А я че-то не
слыхал...
- Когда ее пели, ты на горшке под стулом дулся. Короче, Жора, устроим и
мы у себя сказку тысячи ночей. Как говорит урла2, отвяжемся по-взрослому.
- Это как?
- Это так! Устроим олимпийские игры дурогонов!
В КАПТиРКУ ЕНОТА СПОЛЗЛИСЬ все "смотрящие" отрядов. Выдержав долгую
театральную паузу и доведя нервное напряжение публики до предела, Михаил
Павлович потеребил свой мясистый картофельный нос и толкнул такую речугу/:
- Ну шо, господа босяки! Собрались мы здесь не балду гонять, а по
серьезному вопросу. Кацап, ты можешь минуту спокойно посидеть? То задницу
чешет, то в зубах ковыряет, то в ухе дрочит... Ты б еще бейцами3 об стол
позвенел! Короче, слушайте сюда. Сдается мне, что наша зона малость начала
скисать. Чтоб слегонца встряхнуться, мы тут решили захороводить одно
полезное занятие. Чуток подсядем на хи-хи. Значит, в чем прикол? Это такое
соревнование, на звание главного дупеля4 зоны. Победит тот, кто схлопотал
срок за самое идиотское преступление. Сперва, конечно, прокрутите конкурсы у
себя в отрядах, с жюри там, ну, приз зрительских симпатий... А потом уже
финал проведем здесь. Это, блин... Песня года!
- Ну, Палыч, ты, в натуре, затележил! - хрюкнул Витя Малыш из шестого
отряда. - Какой же дотман5 будет на себя парафин лить6? Чтоб потом, значит,
весь срок ходить как обхезанному, а все будут пальцем тыкать...
- Не бзди, Макар, - фонари потушишь! "Пальцем тыкать"... Мы тоже не
пальцем тыканн



Назад